Автобаза Стартранс

Бидонвиль в останкино В середине прошлого века, от когда-то богатого Останкинского посада Шереметьевского имения, с добротно сделанными деревянными домами, сохранилась и более поздняя - нищая слободка, прилепившаяся за его фасадом, Она состояла из случайной расположенной россыпи скромных домов, сделанных «по-быстрому», не имеющая ни улочек, ни переулков и даже тупиков. Такими домами было застроено все пространство от Новомосковской до Старомосковской улиц. Своими дворами слободка спускалась вниз по сырому склону поймы, почти до самых берегов речушки Горленка. Внутри нее теснились сараи, частные домики с покосившимися заборчиками, палисадниками, огородиками, крошечными двориками, перемешиваясь тропинками, проходами и узкими проездами для телег. Отличало все это от обычного селения, непрерывность перехода из одного двора в другой, без каких либо серьезных заборов и отгородок. Слитность и скученность была едина в их соседстве по любому из направлений. Это был своего рода табор из деревянных построек, если хотите Останкинский бидонвиль. Фасадная линия домов принадлежала старым одноэтажным деловым помещениям, являясь по сути одним из кварталов по левой стороне старой Первоостанкинской улицы. Эта линия начиналась угловой булочной. Место, где она расположилась, считалось центром большого дачного Останкино. Была она очень давней, с большими стеклами в солидных оконных рамах, при входе разделялась посредством плавно изогнутого никелированного поручня на две части - кондитерскую и булочную, идущих от самого входа. Напротив нее, через узкую дорогу первой Останкинской улицы был известный в округе Гастроном и рядом угловая, ночная аптека, единственная на весь район. С булочной соседствовала дореволюционная парикмахерская, с просторным входным холлом на два, хорошо просматриваемых, зала. Холл занимал большую часть парикмахерской, располагая к долгим ожиданиям своего мастерицы или увлекшейся своим туалетом, подруги, засидевшейся у нее. Примечательностью залов были- редкий для тех мест дубовый паркет, бархатные кресла, с подлокотниками и высокой спинкой, маленькие абажуры, висевшие на стенах, по современному бра, которые практически не включались. Мальчишкой, сидя в тоскливом ожидании своей очереди, пришлось ознакомиться со всеми тонкостями дамского оформления причесок, ногтей, макияжа. Несмотря на внушительность обстановки прошлого, и почтения мастеров к клиентам, останкинская послевоенная публика не отличалась особыми привычками и манерами. Говоря о мужской половине посетителей, то их ничуть не смущал обзор из окон любопытствующей публикой намыленных физиономий и процесса стрижек, напоминающий армейский банный день с комьями сброшенных по плечам и на пол срезанных волос. Женский зал, прикрытый с улицы плотными шторами, из внутреннего холла открывал совсем интимные подробности - стянутые бигуди до корней пряди волос, дымящиеся завивочные щипцы, намазанные кремом лица. Бархатные вишневые шторы широкого входа зала никогда полностью не задвигались, и полустриженые затылки моих товарищей, и формирующиеся шестимесячные прически дам были под общим обозрением. Стригли мальчишек большей частью одинаково, наголо, только для старших оставался чубчик или полубокс. Во время очередного посещения, с зажатым в кулаке рублем, я скучал, в широком кресле, наслаждаясь мягким расслабленным сиденьем, поглядывая по сторонам в отодвинутые от штор пространства залов. В мужской части не происходило ничего интересного, молоденькая парикмахерша, ловко орудуя ручной машинкой, водила по недостриженной половине головы моего школьного знакомого, оголяя его белый череп. Иногда она останавливалась, переспрашивая, не дергает ли, подозревая машинку в плохой работе, рычажок которой она непрерывно сжимала, срезая под корень черные волосы моего знакомого. - Кто под ноль, следующий - услыхал я голос парикмахерши и, поняв, что это уже относится ко мне, поспешил к креслу. Своего знакомого , с трудом узнал, угадав его, в изменившимся облике, по глазам. Поменяв местонахождение, я со стороны зала стал наблюдать за холлом, ожидая скорейшего конца работы вжикающей машинки. Перед глазами, был выход из дамского помещения и угол раздевалки, в которой скучала пожилая гардеробщица, только что закончившая подметать пол. Из дамской половины, появилась женщина, державшая прямо свои руки, внимательно разглядывая кончики пальцев. Обратившись попросту к гардеробщице, попросила- Тетя Валь помоги мне. Та, понимая, что она хочет, чтобы ей подали пальто, повернулась, к развешанной одежде, выискивая знакомый цвет. На миг остановилась, замерла, затем шагнула к вешалкам, стала руками перебирать висевшие вещи, и, повернувшись к женщине, прошептала -Не ту, я слева вешала, хорошо помню. -Ты, что тетя Валь, ищи, подождав меньше минуты, она вошла в раздевалку, разглядывая, все, что там было.-Украли…, первая произнесла она? - Ты уходила, грозно, повышая голос, переспросила гардеробщицу?-Да я тут подметала. -Подметала!? - Вот выплатишь до копейки, не будешь раззявить. Громкий и сердитый тон разговора, уже привлек общее внимание.В холле появились другие работницы. Стали говорить, кто только что стригся, перебирая по памяти клиентов.-Мужчина выходил, сказала пожилая парикмахерша, солидный, хорошо заплатил.- Мальчишка, у меня стригся, сказала моя парикмахерша.- Мужчину я помню, а вот мальчишку нет, ответила гардеробщица,- когда я стригла, он здоровался с этим клиентом, сказала парикмахерша, указывая на мое кресло.Меня, полустриженного, вытащили из него. -Знаешь того парня, кто перед тобой у меня стригся? Я в испуге ответил, что не знаю.-Чего врешь, ты с ним здоровался!-Ну да, он в третьем классе учится, но я его не знаю. -Валь позови постового, он должен быть у Гастронома, пусть разберется с этим ворьем, сказала пострадавшая. Пришел милиционер. Ему бестолково все объяснили.-Пошли со мной в отделение!Пострадавшая, я и милиционер, переместились в отделение милиции, которое было совсем рядом, между Пушкинским рынком и пожарным расчетом, с дежурящей командой у высокой каланчи с гаражом Следующим по улице, за сплошным деревянным забором, находилось вытянутое одноэтажное здание милиции с асфальтовым плацем для утренних и вечерних построений и рапортов. Усадив нас в кабинете на скамейки, милиционер уточнил -Зинаида, что он украл,-Да не он, а его дружок, мое осеннее пальто. -Приводы имеешь, строго спросил он, глядя на меня.Где проживаешь, как зовут дружка, задав несколько вопросов, он сказал,-Знаю, всю эту слободскую шпану. Завтра в школу придем в первую смену, найдем, приходи Зин с утра. Меня отпустили, сказали, чтобы обязательно был в школе.Утром на первой перемене, позвали в кабинет директора со своей учительницей.Повторились те же вопросы- Знаете, как мы сделаем, сказал директор, вызовем учителей из третьих классов. Спросим, кто из их учеников постригся вчера наголо.Пусть приведут их сюда. Через несколько минут, привели двух ребят. Среди которых, был мой знакомый. -Ты стригся вчера, в парикмахерской. -Да, согласился он. Ты видел, кто забрал осеннее пальто, этой женщины.-Тети Зинино, коричневое, переспросил он, не знаю?- Ты, что с Зинаидой знаком, уточнил милиционер.- Ну конечно.… Образовалась тишина…-Прекратите, наконец, очнулась, потерпевшая тетя Зина, это мой сосед Коля.Извини Коленька, тут какая то ошибка.… И быстро поспешила из кабинета.Вот так, завершилось мое первое знакомство с милицией. Вас интересует, чем закончилась история с пальто - не знаю. Единственное, что могу сказать, что гардеробщицу уволили, раздевалку сломали, установили новые стоячие вешалки, на виду, внутри залов, на освободившемся месте поставили несколько столов для работы маникюрш.

Завод надо сжечь!

Для нас с мужем здоровье будущего ребенка было предметом не только обсуждения, но и серьезных размолвок. Все мои беременности прерывались на строке до пяти недель, я просто психологически устала от чисток и неудач. После детального обследования все-таки выяснили, что есть проблемы в муже, генетические поломки не дают нашим деткам развиваться. Решились на ЭКО с ПГД в клинике Мама, и из 12 клеток, только две были пригодны для подсадки. Удача нам наконец-то улыбнулась, наша доченька уже с нами, всем специалистам Мамы громадное спасибо.